Принудительные развлечения на работе вредят бизнесу

Когда смотришь «Безумцы» («Mad Men»), телевизионную драму о рекламной индустрии начала 1960-х, получаешь много удовольствия, и одно из главных – от того, что наблюдаешь, как за прошедшие годы изменилась офисная жизнь. Одна очевидная перемена заставляет чувствовать себя сейчас особенно хорошо: сейчас никто не относится к женщинам, как к людям второго сорта. Правда, другая перемена вселяет куда меньше радости: люди утратили способность развлекать себя на работе. 

Рекламщики того времени радовались простым мелочам. Они курили за рабочим столом, пьянcтвовали целыми днями, крутили романы со своими коллегами и общались не для того, чтобы наладить контакты, а для того, чтобы напиться. 

Но и в наши дни многие компании просто зациклены на развлечениях. Разработчики ПО из Силиконовой долины устанавливают стены для скалолазания для своих сотрудников и поселяют в офисах надувных животных. Wal-Mart заставляет своих кассиров улыбаться всем и каждому. Культ развлечения распространяется как какая-то противная вирусная болезнь. В Acclaris, американской IT-компании, есть даже «директор по развлечениям» (chief fun officer). В TD Bank, американском подразделении канадской Toronto Dominion, есть даже «вау!»-департамент, который посылает костюмированные команды «удивлять и восхищать» успешных сотрудников. Red Bull, компания, производящая энергетические напитки, в своем лондонском офисе построила каток. 

В общем, развлечения на работе становятся самостоятельным бизнесом. Мадан Катария, индиец, создавший себе имидж «гуру хихикания», продает корпоративным клиентам «смешную йогу». Британская компания Fun at Work («Развлечение на работе») предлагает вам «больше веселья, чем вы можете выдержать», скажем, заменить ваших ресепшионистов их смешными двойниками.

Культ развлечений как углубляется, так и расширяется. Всемирно известный чемпион в этом деле – Google. Его офисы наводнены волейбольными кортами, велосипедными дорожками, дорогами из желтого кирпича, моделями динозавров и несколькими профессиональными массажистами. Но сейчас две компании пытаются отобрать у Google этот статус: Twitter — сервис микроблогинга, и Zappos — интернет-магазин обуви.

Как только развлечение становится частью корпоративной стратегии, оно прекращает быть развлечением и превращается во что-то противоположное

Вебсайт Twitter специально подчеркивает, какая классная эта компания. Сотрудники носят ковбойские шляпы и бормочут, что «сумасшедшие вещи случаются каждый день». В компании есть команда людей, чьей обязанностью является сделать сотрудников счастливыми. К примеру, снабдить их холодными полотенцами в жаркий день. Zappos хвастается, что создание «веселья и немного странности» является одной из его ключевых ценностей. Глава компании Тони Хси бреется налысо и проводит 10% своего времени изучая то, что он называет «наука счастья».  

Культ развлечений продвигается за счет трех наиболее популярных менеджерских «пунктиков» нашего времени: расширение прав, лояльность и креативность. Многие компании гордятся собой потому, что передают полномочия передовым работникам. Но исследования показывают, что только 20% сотрудников «полностью лояльны и заинтересованы в своей работе». Креативных еще меньше. Менеджеры надеются, что развлечения волшебным образом сделают сотрудников более лояльными и творческими. Но проблема в том, что как только развлечение становится частью корпоративной стратегии, оно прекращает быть развлечением и становится чем-то противоположным, в лучшем случае — пустым звуком, в худшем – утомительным навязыванием.

Но самое неприятное во всей этой моде на развлечения – это то, что они смешаны с большой дозой принуждения. Компании по типу Zappos не просто приветствуют ненормальность — они в большей или меньшей степени нуждаются в ней. Принудительное развлечение практически всегда вызывает чувство неловкости. За фасадом «развлечения» часто скрывается аляповатый и непродуманный расчет менеджмента. Или желание позиционировать компанию лучше, чем конкуренты. Или план увеличить продуктивность за счет тимбилдинга. Twitter даже хвастается, что «тяжело работал для того, чтобы создать обстановку, которая становится рассадником продуктивности и счастья».

Тоска по непринудительному веселью

Пока компании налагают для своих сотрудников обязательства по эрзац-развлечениям, они борются с реальными возможностями для их отдыха и вдохновения. Многие запрещают устраивать «курилки», заставляя сотрудников, как преступников, втихаря курить по подворотням. Очень немногие разрешают своим сотрудникам употреблять спиртные напитки в обед, не говоря уже о том, чтобы сделать это пораньше. Регламентация общения в коллективе — от юристов до HR — лишает сотрудников возможности «живого человеческого общения», не говоря уже об офисных романах, особенно между людьми разных рангов. Производитель компьютеров Hewlett-Packard недавно уволил своего успешного директора Марка Херда после того, как компания-партнер сделала туманное заявление о сексуальных домогательствах со стороны Херда (кстати, его быстро подобрал Oracle, конкурент Hewlett-Packard).

Продавцы поддельного веселья встречают сопротивление. Когда Wal-Mart пытался внедрить инопланетные правила для своих немецких сотрудников — такие, как принудительные улыбки и запрет на романы с сотрудниками — он напоролся на подпольную войну, которая закончилась лишь тогда, когда в 2006-м сеть супермаркетов объявила, что уходит из Германии. Но такие победы пока редки. Для большинства заложников зарплаты обязательство излучать веселье на работе становится неизбежным. Единственной отдушиной становится поп-культура. 

«Вам не нужно быть сумасшедшим, чтобы работать здесь. Мы просим вас заполнить медицинский опросник, чтобы убедиться, что вы – нормальный», — говорит с невозмутимым видом Дэвид Брент, смешной босс из «Офиса» (The Office), сатирического телесериала. На месте работы Гомера Симпсона (атомной станции) существуют регулярные «веселые дни», но не работают стандарты безопасности. «Безумцы» напоминают людям о мире, который они утратили, — мире, где боссы не думали, что развлечение является методом управления и где работники могли счастливо глушить виски в полдень. Давайте за это выпьем!

From The Economist print edition