Зарождающийся оптимизм

Но развивающиеся рынки пережили кризис достаточно хорошо. Так, Китай, пережив не более чем небольшое понижение темпов роста, в 2009 году вновь вырос почти на 8%.

Эксперты прогнозируют, что в будущем развивающиеся рынки будут обладать рядом преимуществ перед их развитыми конкурентами. Во-первых, они имеют больший потенциал экономического роста. Во-вторых, многие развивающие рынки имеют более здоровую фискальную ситуацию, чем их западные соперники. Именно они финансируют американский дефицит бюджета.

Баланс силы уже изменился. В 2003 году фондовый рынок США, Великобритании и Японии составлял 73% от стоимости общего для всех стран индекса MSCI. К концу 2009 года эта пропорция составляла уже 59%. Энтузиасты, такие как инвестиционная компания Jerome Booth of Ashmore, уверены, что эта тенденция будет продолжаться. Ведь если учитывать долю экономик в мировом ВВП, фондовый рынок развивающихся экономик в мировых индексах недо-оценен. Этот оптимизм объясняет, почему акции развивающихся рынков торгуются с премией (отношение рыночных цен к справедливой стоимости активов). В прошлом такая премия обычно предшествовала спаду.

Вдобавок ко всему на развивающихся рынках ожидается более стремительный кредитный рост, чем у их развитых конкурентов. Например, в Китае увеличение денежной массы за 12 месяцев в ноябре составило почти 30%. Кое-что из этой кредитной массы проникает на фондовый рынок. Китайский премьер Вен Джибао сказал в ноябре, что правительство будет использовать налоги и процентные ставки, чтобы стабилизировать рынок недвижимости. По оценкам The Economist, цены на жилье в Гонконге больше чем на 50% выше их справедливой стоимости. И хотя они еще не вернулись к показателям 2007 года, легко представить, что при комбинации низких процентных ставок и привязки валюты на развивающихся рынках будут появляться пузыри.

Еще одна сфера, в которой может появиться пузырь, – золото. Главной причиной покупать его сейчас является тот факт, что, столкнувшись с кризисом ликвидности, большинству правительств выгодно обесценивание собственной валюты, так как это ведет к росту экспорта. Если деньги девальвируют, цена золота – актива, который центробанки не могут «эмиссировать» как им захочется, растет.

«Золотые жуки» могут оказаться правы. Но цена золота уже вчетверо превышает свои низшие показатели и страдает от того, что нет никаких реальных методов его оценки. Нет ни уровня доходности, ни прибыли – ничего, чем можно было бы его оценить. Поэтому сложно сказать, когда оно уже слишком «дорогое». Дилан Грайс, аналитик Societe Generale, злорадствует, что если бы Бреттон-Вудская система (согласно которой ФРС была бы обязана обменивать доллары на золото) действовала сегодня, то миллиард долларов мог бы быть обменян на золото по «курсу» $6 300 за унцию.