Time назвал Бена Бернанке «Человеком года»

Глава структуры, выполняющей функции Центрального банка США, по определению является одной из ключевых фигур в мире, чьи решения формируют глобальную экономику. Вдобавок, после того, как в конце 2008 г. разразился мировой финансовый кризис, Бернанке сумел существенно увеличить влияние возглавляемого им ведомства и перестроить его работу, сделав ее более публичной и прозрачной.

— Объясните «рядовым читателям», что вы сделали за прошедший год такого, что повлияло — в лучшую или худшую сторону — на жизнь каждого из них.

— Практически каждая крупная финансовая компания в мире столкнулась с серьезной угрозой банкротства. И мы знали — и я знал — по собственному опыту как регулятор, что если финансовая система обрушится, если многие крупные компании обрушатся, и финансовый сектор фактически перестанет функционировать, последствия для глобальной экономики будут катастрофическими, я это понимал. Нас ожидала бы, потенциально, еще одна депрессия масштабов Великой депрессии 1930-х годов. И это совсем не гипотетическая перспектива.

— По иронии судьбы, вот человек, который в жизни специализировался на изучении экономической истории, и вдруг в один прекрасный день он просыпается и осознает, что он — в центре экономической истории, в действительно неординарной ее главе.

— Да, я на самом деле не предполагал таких событий, когда перешел на службу в Вашингтоне в 2002 году. Никаких сомнений на этот счет. И когда я стал председателем (ФРС) в 2006 году, я надеялся, что моей основной задачей будет совершенствование механизмов управления, коммуникации и мониторинга. Мы, разумеется, знали о рисках финансового кризиса, но такого масштабного и опасного, как этот, я, разумеется, не ожидал. Жаль, но это так.

— В этом году вы выступали перед публикой чуть больше, чем ваши предшественники на посту председателя ФРС. Вы по-прежнему убеждены, что рассказывать о ФРС и мерах, которые принимаются, — это правильный подход?

— Да, уверен. Раньше председатели ФРС обычно не выходили напрямую к публике. Но я считаю, дело не только в понимании того, что делает ФРС. Я считаю, во многом страх чувство неопределенности, о которых свидетельствуют общественные опросы, возникают из-за того, что люди не понимают, что происходит в экономике и финансовой системе. И я подумал, что будет правильно, если глава ФРС будет выступать и напрямую говорить с народом, попытается объяснить, что мы делаем, почем мы это делаем, что может произойти в дальнейшем. И думаю, это, возможно, кому-то помогло. Это верно, что ФРС сталкивается с существенным политическим давлением и непопулярна во многих кругах. Задача ФРС — поступать правильно, учитывать долгосрочные интересы экономики, а это иногда предполагает непопулярные действия. Но мы должны поступать правильно.