Польский мастер-класс для Азарова

Урок №2

Не быть сырьевым придатком

Польша избежала не только стояния на льдине кредитования, но и чрезмерной зависимости от экспорта. С началом кризиса объем мировой торговли сократился на 12% - до уровня 2006 года. Многие производители просто потеряли рынки сбыта. Польские экспортеры также были вынуждены снизить свои поставки за рубеж на 24,5%.

И все же вред, нанесенный польским экспортерам, оказался не слишком большим. Во-первых, правительство быстро провело девальвацию польского злотого. С пика в июле 2008 года к концу октября того же года он подешевел в полтора раза – с 4,9 до 3,2 злотых за один американский доллар, что усилило позиции польских экспортеров. Во-вторых, Варшава давно отказалась от роли сырьевого агропридатка для стран ЕС. Продукты и сельскохозяйственное сырье теперь составляют всего 7,6% в ее экспорте. А вот основа польских зарубежных продаж – продукция машиностроения. Запчасти к автомобилям, компьютерам, бытовой технике и даже к самолетам - одна из главных составляющих польского экспорта наряду с продукцией пищевой отрасли, алкогольной и табачной промышленности. И в-третьих, основным рынком польских производителей стал ЕС, а там активно поддерживали жизнедеятельность машиностроительных компаний. Полякам, к примеру, очень помогли схемы льготной замены старых автомобилей на новые, реализованные в ряде стран Европы, прежде всего в Германии. Хотя по ним и ударило падение спроса в Британии, России и в Украине.

И еще одно. Хотя польский экспорт составляет почти 40% ВВП, его роль в экономике все же не играет критической роли. В соседней Чехии, к примеру, это соотношение достигает 80%. «Польша меньше любой другой страны в Европе зависит от экспорта», — говорит Ральф Вигарт, главный экономист международной исследовательской компании IHS Global Insight, отвечающий за Польшу, Украину и Балтийские страны.

Урок №3

Поддерживать малый и средний бизнес

Китаю, Бразилии и еще нескольким счастливчикам, которым удалось избежать жесткого падения в этот кризис, помог «выплыть» их емкий внутренний рынок. Именно он оказался подушкой безопасности, на которую смогли приземлиться производители этих стран.

У Варшавы эта подушка оказалась очень большой и мягкой. 38 млн. человек с доходом $11,8 тыс. на человека в год (в Украине – $3,2 тыс., по данным исследования Doing Business 2010) – хороший емкий рынок, способный продержать на плаву польского производителя. Да и падать ему на «подушку», по сути, не пришлось – польские компании всегда ориентировались прежде всего на внутреннее потребление. В 2008-м оно обеспечивало 62% польского ВВП (в соседней Чехии – 49%).

Правда, промышленность США внутренний спрос не сильно спас от падения. Но у потребления в Польше было два очень важных – и очень выгодных – отличия. Во-первых, большинство поляков, и об этом уже говорилось, делали приобретения на заработанные деньги, а не на кредитные средства. А во-вторых, кризис почти не отразился на их занятости.

Основную часть рабочих мест в Польше обеспечивает малый и средний бизнес (МСБ). И он, в отличие от многих крупных корпораций, смог быстро переориентироваться и адаптироваться к финансовой лихорадке (при определенной антикризисной помощи государства). Благодаря МСБ экономическая турбулентность лишь слегка сказалась и на уровне безработицы в стране. В Британии, скажем, с 2007 по 2009 год он подскочил с 5,3 до 7,8%. А количество безработных в Польше, наоборот, даже сократилось - с 14,9 до 11% соответственно (хотя и осталось стабильно высоким). В целом это позволило населению не только не урезать, но даже немного увеличить свои расходы - на 2,3% по сравнению с 2008 годом.