Перспективы "нетрадиционного" газа

Природный газ благодаря новым технологиям все меньше походит на нефть и все больше – на уголь. И это хорошо

Вуди Аллен однажды рассказал шутку о двух женщинах на курорте в Катскильских горах, которые жаловались на местную кухню. «Еда здесь просто ужасная», — говорит одна. «Да. А вдобавок и порции такие маленькие!» — отвечает вторая. Такая же ситуация сегодня сложилась и в отношении ископаемого топлива. Само по  себе топливо – штука опасная, его производство и транспортировка – обычно занятие неблагодарное, а менее заметные глазу последствия его использования для окружающей среды еще хуже. Но его все равно не хватает. Нынешний бум «нетрадиционного» газа, похоже, принесет хорошие новости с обеих точек зрения.

Три традиционных ископаемых углеводорода – нефть, уголь и газ – отличаются условиями залегания в земле и применением их людьми. Нефть находится в немногих местах на континенте. Благодаря плотности энергии, прокачиваемости и легкости использования в двигателях внутреннего сгорания она особенно ценится в качестве транспортного топлива. Уголь можно добывать в гораздо большем количестве мест  (целая геологическая эра – каменноугольный период – была названа в честь него). Правда, его не перекачаешь, но можно разбить и сжечь и, таким образом, получить базовую энергию. Запасы газа обычно находят и эксплуатируют в местах, подобных местонахождению залежей нефти. Газ можно легко транспортировать, перегоняя по трубам, но, как правило, он не рассматривается как транспортное топливо. Он заполняет ниши, «незаполненные» другим топливом. Например, европейцы отапливают газом дома, а многие развитые страны генерируют с помощью газа электроэнергию.

Сейчас новые технологии бурения, разработанные в Америке, позволяют добывать газ из более разнообразных пород. Главным образом из сланца, а также из так называемого низкопроницаемого песчаника, некоторых каменноугольных отложений и других источников. Масштабы нового производства увеличиваются и благодаря другим инновациям, например, производству сжиженного газа на море и затем транспортировке его непосредственно в место назначения, а также благодаря технологиям, позволяющим эксплуатировать природный газ, который заморожен в виде вечномерзлой породы. Таким образом, этот переход к более существенным, разнообразным и распространенным резервам на самом деле делает газ более похожим на уголь и менее – на нефть.

А добычу угля, в отличие от нефти, сложно запретить или остановить. Поэтому очевидным последствием изменений в производстве газа станет то, что поставки газа перестанут быть мощным политическим инструментом. Так, для Европы, которая пострадала от того, что Россия закрутила вентиль на газопроводе для давления на соседнюю Украину, обнаружение сланцевого газа в Восточной Европе может очень помочь диверсифицировать его поставки. Но страны могут извлечь выгоду из нетрадиционных запасов газа, не имея их на собственной территории. Увеличение числа производителей и улучшение возможностей для транспортировки топлива в сжиженной форме (способ, разработанный в то время, когда еще никто и не мог предугадать, что Америка сможет сама себя обеспечивать газом благодаря запасам сланца) превратят газ в товар, более пригодный для трубопроводной перекачки. А значит, со временем очень немногие страны будут завязаны на одном единственном источнике газа. Рынок станет более открытым, и тогда многообещающие перспективы действующих поставщиков газа, которые полагаются на традиционные труднодобываемые запасы (в том числе многие резервы в России), немного поблекнут, особенно когда станет расти разрыв между ценами на газ и нефть.

Тэги: энергетика