Парадокс победителей

Одна из самых ярких демонстраций сомнительного превосходства западных финансовых учреждений случилась в 2005-2006 гг., когда крупные китайские банки, в прошлом – часть экономического аппарата китайских коммунистов, размещали свои акции в Гонконге. Опубликованные на английском, их проспекты были напичканы западным финансовым жаргоном а-ля «акционерная стоимость». Андеррайтерами их акций были множество западных инвестбанков, а якорными инвесторами выступили «голубые фишки» из числа американских и европейских финансовых фирм. Развивающийся мир, казалось бы, должен был стать производственной площадкой и бэк-офисом мира.

Сегодня все выглядит совсем по-другому. В то время как часть этих андеррайтеров и якорных инвесторов были дискредитированы или выкуплены государством, китайские банки сегодня – крупнейшие в мире. Но сдвиг произошел не только в вопросе экономического могущества и влияния. Финансовую систему развивающихся стран долго считали их «ахиллесовой пятой». Но сейчас оказалось, что она сработала куда лучше, чем англо-саксонская модель, с которой она когда-то соревновалась.   

Банки развивающихся рынков – старой закалки: с отделениями, доходами и большими резервами. После десятилетия кризиса они сильно зарегулированы: индийские банкиры шутят сегодня, что бюрократизм в их стране является поводом для зависти регуляторов по всему миру. А благодаря своим бережливым клиентам банки, как правило, имеют прекрасное финансирование - привлекают депозитов больше, чем раздают кредитов – в отличие от банков богатых стран, которые надеются на ненадежные международные кредитные рынки. Все более важную роль играет государство – оно владеет практически всей банковской системой в Китае, Индии и России и активно наращивает свою долю в Бразилии. В крупных развивающихся странах идеальным считается положение вещей, при котором банковский сектор является смесью государственного участия, нескольких бойких частных банков и нескольких «иностранцев», которые призваны стимулировать местные банки работать честно. Лишь немногие из западных финучреждений – HSBC, Standard Chartered и Citigroup - смогли прорваться на эти рынки.

Итак, станут ли теперь Пекин или Мумбаи мировыми финансовыми лекалами вместо Уолл Стрит и лондонского Сити? Банки развивающегося мира хорошо пережили кризис, но действительно нелегкое испытание у них еще впереди. Развивающиеся экономики стоят перед парадоксом: им нужны солидные банки, которые помогут им развиваться быстро, но быстрый рост сделает эти банки менее надежными. Поскольку население начнет тратить больше, излишек банковских депозитов может растаять. Клиенты из сферы бизнеса начнут ориентироваться преимущественно не на кредиты, а на рынки капиталов, заставляя тем самым финансистов создавать ненадежные инвестиционные подразделения. А стремление обслужить сотни миллионов человек, не имеющих пока доступа к банковским услугам, станет таким же экспериментом, каким для Уолл Стрит стало ипотечное кредитование.

Наконец, самым главным результатом быстрого экономического роста станет то, что банки должны будут выдавать кредиты всем подряд. Руководители многих банковских учреждений предсказывают, что их балансы будут увеличиваться каждые пять лет. Но это неизбежно создаст риск плохих кредитов, в то время как участие государства в выдаче займов повышает риск ошибок и кумовства. Другими словами, банкам будет очень тяжело удовлетворить ожидания высокого роста в своих странах без того, чтобы не потерять заработанную сегодня хорошую репутацию.