Китайские рабочие требуют повышения зарплат

Дешевая рабочая сила совершила экономическое чудо в Китае. На местных производствах работники трудятся за деньги, которые являются лишь малой частицей того, что получают их американские или немецкие коллеги. В период кризиса, в частности в прошлом году, почти 130 млн. внутренних мигрантов работали в китайских городах, ежемесячно унося домой в среднем 1348 юаней (около $197). Это — двадцатая часть среднемесячной заработной платы в Америке, но на 17% больше, чем годом ранее. По мере того, как экономика Китая вновь начала стремительный рост, начинают расти и зарплаты. На побережье, где сосредоточено китайское производство на экспорт, фабрикам и заводам уже не хватает рабочих, а самим рабочим не хватает терпения. Волна забастовок, захлестнув компании, вставляет палки в работу «колес мировой экономики».

Рабочие Поднебесной чувствуют уверенность в себе благодаря новому закону о рабочей силе, принятому в 2008 году, и новым законам — законам рынка, где правила диктуют спрос/предложение. Поэтому найти и удержать работников становится все сложнее. В китайских селах проживают еще около 70 млн. потенциальных внутренних мигрантов. Остальные предпочли бы работать где-то поближе к дому на тех многочисленных фабриках, которые начинают продвигаться с побережья вглубь страны. Но запас сильных спин и умелых рук не бесконечен даже в Китае. Уже со следующего года число китайцев 15-29 лет в стране значительно уменьшится. И хотя зарплаты местной молодежи продолжают расти, их амбиции также не стоят на месте. Они все меньше готовы «есть горечь», как говорят китайцы, без жалоб.

На самом деле китайские работники никогда не были такими покорными, как обычно их изображают. Но частота последних забастовок все же удивляет. Например, провинция Гангдонг на южном побережье страны пережила как минимум 36 забастовок в течение 48 дней. Необычны также и их длительность и, главное, цели: протесты направлены против иностранных мультинациональных компаний.

Правящая Коммунистическая партия Китая поспешно подавила последние всплески волнений среди китайского пролетариата. Причем реакция властей была достаточно спокойной. Подконтрольные правительству громилы утихомирили несколько забастовок на заводе Honda, но были быстро отозваны. Забастовки массово, хотя и коротко, освещались в государственной прессе. А к их зачинщикам, насколько известно, еще никто не стучался по ночам.

$197 составляет средняя месячная зарплата китайского рабочего — в 20 раз меньше, чем у американского

Из этого можно сделать три вывода. Во-первых, Китай с неохотой, но все же вынужден идти на силовое «укрощение» рабочих из крупнобрендовых компаний, которые привлекают внимание мировой прессы. Но, во-вторых, Пекин все спокойнее относится к риску отпугнуть иностранных инвесторов. Это, впрочем, логично — если уж трудящиеся недовольны, то пускай лучше винят иностранных боссов, чем местных. Еще в начале кризиса Компартия сделала правильный вывод о том, что Китай нужен иностранному бизнесу больше, чем тот ему. А в-третьих (и это самое важное), правительство страны, по-видимому, верит, что внезапная строптивость китайских рабочих полностью соответствует целям властей восстановить баланс экономики.

В принципе, так и есть. КНР слишком сильно зависит от иностранных инвестиций и слишком мало — от потребительских расходов. Главным образом потому, что местным рабочим достается слишком маленький кусок национального пирога: всего лишь 53% (по данным 2007 года) — меньше, чем в 1990 году (61%). Поэтому если зарплаты китайцев вырастут за счет иностранных компаний, то рабочие смогут в большей степени наслаждаться плодами своего труда.

Повышение китайских зарплат также будет на руку и Западу. На первый взгляд, это выглядит странным, ведь богатые государства зависят от дешевой китайской рабочей силы. Так, торговля с Китаем добавляет в кошельки каждой американской семьи по $1000 в год благодаря более дешевым товарам на полках магазинов США и более жесткой конкуренции на американских рынках. Сам рост глобальной рабочей силы на четверть за счет дешевых китайских рабочих помогает сбивать цены на Западе, и повышение зарплат в Поднебесной даст зеленый свет и экспорту инфляции. Более того: мировая рабочая сила — такой же ресурс, как нефть или, скажем, земля. И сокращение этого ресурса явно не будет выгодно мировой экономике — так же, как и пересыхание нефтяных скважин где-нибудь в Саудовской Аравии. Но все это — только теоретически.

Глобальные потребители завтра

С началом финансового кризиса все изменилось. Дефляция теперь стала более страшной угрозой, чем инфляция. А с учетом 47 млн. безработных только в странах ОЭСР рост мировой экономики тормозится явно не нехваткой рабочей силы. Чего действительно не хватает миру, так это не работников, а потребителей. Повышение зарплат в Китае приведет к укреплению юаня. Это, в свою очередь, подхлестнет потреб-ление в стране и приведет к сокращению торгового профицита Китая. К тому же это поможет иностранным компаниям и работникам, скучающим без дела за рубежом. Рост потребления в Китае, скажем, на 20% приведет к увеличению американского экспорта на $25 млрд., что поможет создать более 200 тыс. рабочих мест в США.

В конечном счете повышение расходов в КНР поможет мировой экономике вернуться в состояние полной занятости. Конечно, иностранным компаниям и потребителям будет не хватать дешевых работников с китайского побережья, которые обеспечивали им высокие прибыли и низкие цены. Но дешевая рабочая сила все еще будет доступна — в глубине Китая, а также в таких странах, как Индия. Кроме того, низкие зарплаты в Китае — лишь одна из двух причин китайского роста. Вторая причина кроется в китайской производительности. Если стоимость рабочей силы в стране подскочила с 1995 года в три раза, то количество произведенной одним работником продукции — вчетверо.

Китай со временем ощутит нехватку рабочей силы, и для повторения экономического чуда ему нужно будет увеличить число квалифицированных работников. А значит, ему нужна будет стабильная рабочая сила, работающая на одном месте достаточно долго, чтобы можно было в нее инвестировать. Для этого правительству нужно будет сделать менее жесткой систему внутренних паспортов — хукоу. Сейчас она не позволяет мигранту-работнику формально осесть в городе, где он работает, и не потерять при этом семейное место у себя дома. Когда рабочей силы было с избытком, правительству было выгодно, чтобы мигрирующее население не могло ничего требовать от городских властей по месту работы, и как только начинались проблемы с трудо-устройством, возвращалось домой к семье. Теперь же, в условиях жесткого рынка труда, китайским внутренним мигрантам-работникам придется бросить где-то якорь. Как как-то написала Джоан Робинсон, экономист из Кэмбриджа, «несчастье от того, что тебя эксплуатируют капиталисты, не идет ни в какое сравнение с тем несчастьем, когда тебя не эксплуатируют вообще». Ее остроумное замечание было написано еще в 1962 году под влиянием безработицы в Юго-Восточной Азии. С тех пор капиталисты неустанно «эксплуатировали» рабочих в этом регионе и в его северном соседе-гиганте с пользой, прежде всего, для себя. Теперь же пришло время капиталистам инвестировать в рабочих.