Грекопадение

Шоковая терапия по-гречески

Брюссель и рынки были шокированы. Греция вчетверо превысила допустимый в зоне евро потолок дефицита бюджета в 3%. Чтобы рефинансировать долги и погасить дефицит, в этом году стране надо разместить гособлигации на 55 млрд. евро. Но на фоне всплывших финансовых показателей стоимость привлечения кредитов становится слишком большой. Их рост подогревает увеличение стоимости кредитно-дефолтных свопов – рынки побаиваются, что процесс рефинансирования долгов Афинами может в любой момент дать сбой.

Страхи усугубляются тем, что маастрихтские критерии, легшие в основание еврозоны, не предусматривают  методов предоставления помощи Евроцентробанка члену монетарного союза, даже если над ним нависла угроза дефолта. То есть формально ждать помощи Греции неоткуда. В результате кредитно-рейтинговое агентство Moody’s пообещало ее экономике «медленную смерть».

И понеслось! Разговоры о дефолте страны зоны евро привели к сомнениям относительно устойчивости самой еврозоны. Если Греция не сможет расплатиться по своим долгам, инвесторы сразу же засомневаются в платежеспособности других проблемных государств еврозоны – Италии, Испании, Ирландии и стран Прибалтики. На фоне этих страхов евро начал затяжное падение, достигнув в январе своего минимума за пять последних месяцев. ЕЦБ начал судорожно искать выход из этой ситуации и задумался о том, как вести себя с провинившейся страной. В январе в прессе появилась информация, что юристы ЕЦБ изучают  возможности выхода стран еврозоны из этой группы. Подготовленный в декабре 2009 года, рабочий документ центробанка звучит как «Выход и исключение из Европейского монетарного союза. Некоторые размышления».

Гнев Брюсселя и перспективы дефолта оказались настолько красноречивы, что премьер Георгиос Папандреу недолго сомневался, проводить или не проводить политику, противоположную той, которая была озвучена им в предвыборных обещаниях. Папандреу, представитель греческой социалистической династии (его дед и отец занимали пост премьер-министра), победил на досрочных парламентских выборах в октябре на волне обещаний влить в больную греческую экономику 3 млрд. евро. Но 14 декабря он объявил о непопулярных мерах по сокращению дефицита: заморозил наем на госслужбу, повышение зарплат госслужащим, которые зарабатывают более 2 тыс. евро в месяц, сократил на 10% премии (а они составляли 60-90% базовой ставки) и пообещал увеличить налог на премии с 10 до 40%. Кроме того, премьер ограничил расходы на оборону и увеличил налоги для состоятельных греков. Все эти меры должны помочь побороть критическую ситуацию в греческих госфинансах уже в 2010 году, снизив дефицит бюджета до 8,7% ВВП, а к 2012-му вернув в его в рамки общепринятых еврозоной норм.

300 млрд. евро составляет в настоящее время совокупный долг Греции

Правда, обещанные сокращения расходов ставят Папандреу в самое невыгодное положение. С одной стороны, Европа ему больше не верит. Программа стабильности и роста, представленная греческим министерством финансов Еврокомиссии, не смогла убедить рынки капитала в способности правительства обеспечить преодоление бюджетного кризиса. Доходность гособлигаций продолжала расти и достигла критических уровней. Кроме Moody’s, суверенные рейтинги Греции понизили Standart & Poor’s и Fitch. С другой стороны, проводить политику, противоположную своим обещаниям, – проверенный путь к падению популярности и доверия среди избирателей. Премьер, похоже, готов пожертвовать популярностью ради выведения страны из финансового болота. Но он может споткнуться об то же, обо что споткнулся его предшественник: ему могут просто не дать это сделать. Ведь Караманлис был консерватором и ратовал за введение жестких фискальных мер, чтобы снизить дефицит бюджета. Но многотысячные акции протеста убедили его изменить свой подход.  

Невидимые мотивы

Тиски финансовых рынков и ЕЦБ – далеко не единственные, в которые оказался зажат нынешний премьер Греции. На него давят также само греческое правительство и уже хронически недовольное население. В стране идея премьера по ужесточению фискальной политики имеет не так уж и много сторонников. Среди них – министр финансов Георгиос Папаконстантину, получивший образование в Британии и работавший в ОЭСР. В оппозиционном лагере (в составе правительства самого Папандреу) – Лука Кацели, министр экономики, конкуренции и морского флота. Она настаивает, чтобы правительство, как и обещало, усилило фискальное стимулирование, а для этого стало еще больше занимать на внешних рынках. Иначе, считает Кацели, Греция не сможет обеспечить экономический рост.

Таких, как она, сегодня большинство. Их аргументы состоят в том, что ужесточение госрасходов поставит крест на восстановлении экономики и положит начало новой длительной рецессии в стране. Но еще больше противников объявленных Папандреу мер вряд ли думают о долгосрочных перспективах Афин. Население волнует лишь рост зарплат и уровень инфляции. Правительство Папандреу расхлебывает последствия  политики, которую затеял его отец. Проблема, через которую все никак не может переступить Греция, – привычка населения жить хорошо, даже когда экономическая ситуация этого не позволяет.

Эту проблему власти породили еще в 1980-х, когда ввели жесткое регулирование рынка труда. Начиная с этого времени зарплаты в Греции росли быстрее, чем производительность. Вступление страны в еврозону стало дополнительным катализатором этих проблем – из-за фиксированного валютного курса экспорт стал падать, госсектор расти (с 45 до 51% ВВП), а зарплаты по-прежнему увеличивались быстрее, чем в других странах еврозоны. Греция стала стремительно терять конкурентоспособность. Из-за высоких зарплат и инфляции Афины потеряли до 30% своей конкурентоспособности по сравнению с другими странами зоны евро.

«Эффектом хороших зарплат» стало и то, что население Греции очень эгоистично реагирует на ситуацию в государстве. Одной из причин народных бунтов декабря 2008-го сама молодежь, в них участвующая, называла то, что правительство предоставляло финансовую помощь национальным банкам, а не тратило эти деньги на социальные нужды (в тот период были проблемы с ликвидностью, и вливание средств в Европе было общепризнанной панацеей, чтобы удержать банки от краха). Кроме того, греки не хотят экономить. Если в еврозоне часть дохода, идущая на вклады, составляет 20%, то в Греции этот показатель находится на уровне 7%.

В результате нынешний премьер сидит на бочке с порохом под названием «греческое население». В декабре 2009 года для очередных массовых выступлений понадобился лишь повод – годовщина событий 2008 года. Спустя пару недель фермеры перекрыли дороги, связывающие страну с внешним миром, с уже привычным лозунгом «Дайте деньги аграриям, а не банкирам». Они требовали, чтобы правительство выделило им в рамках дополнительной помощи 1 млрд. евро. Поэтому меры по сокращению расходов в любой момент могут вызвать новый взрыв.