Долговая лавина

Валютные спекулянты во всем мире мгновенно отреагировали на слова главного экономиста Евроцентробанка. «Рынки ошибаются, если исходят из того, что другие государства ЕС полезут в бумажник, чтобы спасти Грецию», – доверительно сообщил Юрген Штарк итальянской газете Il Sole 24 Ore. Когда сообщение появилось на мониторах, профессионалы в торговых залах банков кликнули на «продать» и сразу же снизили курс евро на полпроцента ниже отметки $1,43.

Банкир центробанка, который считает, что члена валютного союза спасать не надо – это козырь для всех, кто ставит на падение евро. Правда, на самом деле никто не может поверить, что государства еврозоны позволят упасть одному из них. Но необходимая для такого спасения финансовая нагрузка может еще больше загнать в долги страны-доноры, и прежде всего Германию. И еще одно. Для Греции объединенных средств может и хватить. Но что будет, если помощи попросят Ирландия, Испания или такая экономически развитая держава, как Италия?

Паникерство? Но реальным фактом является то, что финансовые рынки в подобных вопросах очень чувствительны. Голые числа катастрофической задолженности государств подтверждают тезис: банки спасены, но теперь в опасности оказались их спасатели, которые миллиардными вливаниями уберегли финансовые институты от коллапса. И тревожные настроения, вызванные возможностью госбанкротств, все больше распространяются среди вкладчиков.

И не без причины. Рейтинговое агентство Moody’s ввиду растущих бюджетных дефицитов предсказывает трудные времена для всех государств, взявших на себя чужие долги. Большинство стран ЕС задолжали на рекордном уровне. У США также огромные долги.

Очевидно, что страдают, прежде всего, небольшие страны. Греки кряхтят при долге менее 280 млрд. евро. Это почти 130% годового ВВП, хотя Маастрихтский договор, к которому привязаны страны еврозоны, разрешает лишь 60%. Недавно государственный холдинг эмирата Дубай должен был спасаться от банкротства с помощью $10 млрд. соседнего Абу-Даби. Сейшельские острова держатся на плаву только за счет МВФ – так же, как Исландия, Венгрия, Латвия, Румыния и Украина. Латвия недавно вынуждена была предложить инвесторам за покупку облигаций 8,75% – почти в три раза больше,  чем вкладчики требуют от Германии. Подобные вещи надолго разрушают любой бюджет. Банковские аналитики считают, что под угрозой находится даже Польша, поскольку она имеет большой внешний долг при незначительных валютных резервах. «Дубай и Греция – это знак для 2010 года. Вкладчики все настойчивее станут поднимать вопрос о том, будут ли государства и предприятия финансироваться за счет новых долгов и как долго», – говорит специалист по кредитам инвестиционной компании Assenagon Йохен Фельзенхаймер.

Лавина государственных долгов,  неконтролируемое печатание денег центробанками, а также возрастающая задолженность предприятий угрожают вкладчикам с разных сторон.

Во-первых, возрастает опасность банкротства должников. Поэтому инвесторы требуют от государств и предприятий под новые вклады более высокий процент. Таким образом, прежние вклады в облигациях становятся менее привлекательными и несут курсовые потери.

Во-вторых, как только огромный объем кредитов, накопленный в банковской системе, начнет вливаться в экономику, может возникнуть угроза инфляции. Поскольку предприятия в кризис существенно сокращают свои мощности, даже небольшой рост спроса натолкнется на их дефицит, а нехватка продукции приведет к росту цен. Оцепеневшим государствам инфляция была бы очень кстати, поскольку обесценила бы их долги. Хотя центробанки, печатающие деньги, формально и независимы от правительств, они редко могут противостоять политическому давлению.

Мы видим, что периоды между кризисами становятся все короче

В-третьих, растущая инфляция может быть компенсирована только за счет более высоких процентных ставок. Однако она не на руку владельцам облигаций и держателям долгосрочных вкладов, которые через банковские схемы или страхование жизни вложили свои деньги под низкий процент на длительное время. Тот, кто в настоящее время, например, покупает пятилетние немецкие ценные бумаги, после уплаты налогов получает только 1,8%. Даже мягкая инфляция опустит этот доход ниже нуля. Поэтому человек, накапливающий средства на долгосрочных вкладах, платит за других, так как в конце срока за вычетом темпов роста дороговизны он реально теряет деньги.

В-четвертых, менеджеры страхования жизни и пенсионных фондов обещали своим клиентам, например, 3,4% дохода. Если инфляция вдруг превысит обещанный процент, страховщикам будет все равно, ведь они не нарушали своих обещаний. Поэтому убытки понесут застрахованные.

И, в-пятых, у владельцев акций также вряд ли все будет благополучно. Заметно возросшие уровни процентных ставок регулярно снижают курсы ценных бумаг, новые облигации с относительно высокими процентами вдруг становятся непривлекательными. Как, например, в семидесятые годы или в 1980-м, когда глава центробанка США Пол Фолькер установил основную процентную ставку на уровне 20%.