Среда инвестирования

Не больше 20 интересных проектов в год, всего два реально работающих инкубатора, четыре активных фонда, два-три серьезных мероприятия в течение года — Украине пока нечем похвастаться в венчурном бизнесе. Как переломить ситуацию? С чего начинать и где брать деньги на развитие отрасли? Ответы на эти вопросы искали участники встречи, организованной «Инвестгазетой» совместно с компаниями EastOne и Microsoft.

«Инвестгазета»: Что или кто тормозит развитие стартапов в Украине? 

Геннадий Газин, генеральный директор — президент EastOne: В последнее время на разных форумах и на уровне правительства поднимается вопрос реструктуризации украинской экономики в условиях кризиса. Это тема важная, но более интересной представляется создание фундамента новой экономики. Нам не надо ничего реструктуризировать, нам надо строить. Мы с коллегами пытаемся построить в Украине бизнес-инкубатор EastLabs. Общаемся с предпринимателями, инвесторами, и в процессе общения столкнулись с рядом, казалось бы, тривиальных, но в то же время важных барьеров. Не решив их, Украина может не то что не попасть на этот быстродвижущийся поезд экономики, но и упустить его. 

Максим Школьник, создатель и руководитель проекта Address.ua: Есть целый ряд вопросов, которые смещают фокус с моей бизнес-деятельности. Например, регистрация компании или защита прав миноритариев в проекте. Есть проблема взаимоотношений с государственными органами. Иногда в Украине на бухгалтерию и общение с госорганами я вынужден тратить времени больше, чем мне пришлось бы потратить на это в Делавэре (штат в США. — Ред.). В свое время я работал над проектом Viewdle, который базировался на некоторых технологиях, лицензированных у государственных научно-исследовательских учреждений, и развивался за государственные деньги. Лицензировать их оказалось большой проблемой. Мы нашли способ это сделать, но это заняло восемь месяцев.

Егор Анчишкин, генеральный директор GVMachines, Zakaz.ua: Нанимая программистов, разработчиков и инженеров, я, по сути, конкурирую с американскими и европейскими компаниями, работающими на рынках, не соизмеримых по масштабам с украинским. Соответственно, я должен конкурировать с ними по части зарплат и компенсации, которую предлагаю своим инженерам. Однако я беру эту компенсацию из той ценности, которая создается для украинского рынка. Грубо говоря, некоторые ниши отечественного рынка не могут «выкормить» даже один настоящий высокотехнологичный продукт, и они обречены на продукт импортируемый. В этом и заключена наша основная проблема. Микроскопические рынки, как наш отечественный, часто не могут прокормить высокотехнологичную компанию мирового уровня.

Ответы Дениса Довгополого, Виктории Тигипко, Евгения Уткина, Александра Лядова и Алексея Орапа читайте в печатной версии "Инвестгазеты"