Слиять и поглотить

Зато на арену вышел новый покупатель – государство. Никогда раньше роль государства в покупке частных компаний не была так велика. Увеличившись более чем вдвое по сравнению с докризисными годами, доля государства в сделках M&A в прошлом году составила 16,6% от всего мирового объема сделок. У правительств, правда, не было другого выхода: вносить свою лепту в статистику M&A им приходилось путем национализации крупнейших компаний. Сделки по спасению компаний в бедственном положении обеспечили 47% всего объема M&A в Европе.

Наряду с участием государства увеличилась и доля банкротств. В США, к примеру, покупки обанкротившихся компаний достигли 11% всего рынка. Во многом из-за банкротств и национализации финансовых компаний финансовый сектор стал лидером по объему M&A-сделок в Европе и в мире.

Лидером по покупательной способности стали компании фармацевтической и энергетической отраслей, а также сырьевой бизнес. В этих секторах больше всего компаний, чьи карманы оказались глубоки.

Глубже всего – у фармацевтов. Только в США за первые три месяца прошлого года состоялись сразу три мегасделки общим объемом $151 млрд. «На фармацевтические компании сильно давит конкуренция со стороны производителей генериков в Центральной и Восточной Европе, прежде всего в Болгарии, – объясняет мотивы фармацевтических поглощений Квентин Каррутерс из исследовательского центра Thomson Reuters. – В свою очередь, когда на рынке заключается одна глобальная сделка, остальные игроки отрасли встают перед вопросом: либо укрупняться, либо быть съеденными».

Энергетические компании также начали собирать активы, в том числе специализирующиеся на добыче сланцевого газа (технологии, при помощи которых они добывают газ, могут использоваться по всему миру).

Сырьевые компании оказались крупнейшими покупателями на азиатских рынках и в Австралии. Короткая депрессия мировых цен на сырье в начале 2009-го дала возможность китайским компаниям утолить национальный голод по доступу к сырьевым ресурсам и скупить нужные сырьевые активы по привлекательной цене. В результате крупные сделки в этом секторе помогли сохранить позитивную динамику M&A-рынка в Китае, а также в Австралии и Канаде.

Правда, если в последних двух странах происходили слияния в основном между национальными компаниями, то Китай скупал активы за рубежом. И если в Австралии и Канаде рынок M&A ограничился несколькими крупными сделками (как в случае со слиянием железорудных активов австралийских Rio Tinto и BHP Billiton), то Китай отличился менее крупными, но многочисленными покупками и попытками купить сырьевые компании.

В целом финансовый кризис лишь слегка покоробил активность на рынке слияний и поглощений в Китае и в целом в Азии в начале 2009-го, но азиатские государства быстро с ним справились. Они единственные сумели сохранить активность почти на уровне 2007 года (не дотянув до него всего лишь 5%), и когда во всем остальном мире активность M&A снизилась, смогли укрепить свои позиции покупателей. Вес азиатских стран в мировом объеме M&A увеличился с 17% по объему и 18% по количеству сделок до 24% в обоих случаях.