Отдать в надежные руки

Моя цель в жизни — ничего не делать, поэтому я каждый раз прилагаю титанические усилия, чтобы этого добиться», — начинает разговор Александр Кардаков, основатель крупнейшей украинской IТ-компании «Инком» и крупного оператора связи «Датагруп». Он скромничает. Столь харизматичная личность вряд ли долго усидит без дела. Создавать из казалось бы обычных идей успешные бизнесы — его конек. И это он делает постоянно. О том, сколько зарабатывают его компании сегодня, сколько они стоят и будут ли они менять акционеров, рассказал Александр Кардаков, председатель набсовета компании «Октава Капитал» (управляющая компания).

С тех пор как вы покинули пост президента компании «Инком», прошло уже три года. Чем занимаетесь?

С цикличной периодичностью моя задача заключается в том, чтобы основать бизнес, развить его, отдать в надежные руки и присматривать за тем, чтобы он успешно развивался. За это время появляется интерес к чему-то другому, и эта история повторяется постоянно. А если учитывать, что область высоких технологий каждые три года обновляется, можно представить, какие требования это предъявляет к руководству компании. При этом — еще раз повторюсь — не забываю присматривать за уже состоявшимися компаниями.

Развиваете новые бизнесы?

Я разбираюсь в новых сферах бизнеса, это мне интересно. Отдельно слежу за технологиями, которые могут быть полезны «Инкому», держу за собой три-пять проектов в год с целью поддержки квалификации — не хочется, знаете ли, терять «нюх» в бизнесе (улыбается). Бывает и так, что уважаемые заказчики обращаются ко мне с просьбой о том, чтобы я лично контролировал их проекты, был гарантом реализации. 

Сколько «Инком» заработал в прошлом году?

У меня еще нет данных управленческого учета, так как финансовый год «Инкома» заканчивается в апреле. Но могу сказать, что доход будет больше миллиарда гривен. Рост на 30% по сравнению с прошлым годом. У «Инкома» хороший подъем, то есть он уже пошел догонять докризисные позиции. 

Какие направления приносили в кризис больше всего дохода?

У «Инкома» четыре глобальных источника доходов. Первый — новые проекты. Второй — сервисное обслуживание тех, которые были реализованы корпорацией ранее, текущая их поддержка. Третий — реконструкция или модернизация. Ведь информационные технологии «живут» в среднем пять лет, потом устаревают и технически, и морально. И четвертый источник — перераспределение рынка в связи с банкротством многих игроков, когда нам естественным путем достались ниши компаний, ушедших с рынка. В кризис наибольший доход приносили те направления, от которых потребители просто не могли отказаться. Если провести аналогию с автомобильным бизнесом, то сократилось количество приобретаемых новых машин. Но при этом те, кто уже успел приобрести и привык перемещаться в пространстве посредством автомобиля, от него не отказались. А значит, они продолжали активно потреблять бензин, ремонтировать свои авто, проходить техническое обслуживание. Аналогично с IT.

В прошлом году миноритарный пакет акций «Датагруп» был продан за $40 млн. С какой целью привлекались инвесторы? 

Среди самых крупных коммуникационных событий года «Датагруп» заняла две позиции: во-первых, сама привлекла инвесторов, во-вторых, на привлеченные деньги купила семь региональных операторов. Таким образом, мы привлекли меньший объем средств, чем хотели. Но за счет того, что очень выгодно приобрели компании с целью расширения бизнеса, получили очень высокую эффективность от сделки. Я доволен, потому что на сегодняшний момент на телекоммуникационном рынке идет подъем, и «Датагруп» показывает устойчивый рост. Привлечение внешних инвесторов заставило нас «вычистить» компанию, подготовить отчетность, оптимизировать все бизнес-процессы. Сейчас «Датагруп» из независимых компаний, если не считать «Укртелекома», единственная инвестиционно привлекательная компания на рынке Украины. Мы не скрываем, что планируем ее продажу стратегическому инвестору. И сейчас к этому активно готовимся.

Мы не скрываем, что планируем продажу «Датагруп» стратегическому инвестору. И сейчас к этому активно готовимся

С чем связано решение продать бизнес?

Это планировалось практически с момента создания компании. Ведь локальная компания на глобальном телекоммуникационном рынке не может выжить сама. Чуть-чуть не успели из-за кризиса и не сделали это раньше. Но мы не догматики — изменили тактику и все равно заработали.  

По каким мультипликаторам оценивается компания?

Если в период кризиса мультипликатор считался по 4-5 EBITDA, то уже сегодня — это восемь и более.

А какого стратега вы бы хотели привлечь? Это должна быть отечественная компания или же зарубежный инвестор?

Только международного стратегического инвестора в телекоммуникациях. Мы смотрим лишь на крупных игроков, а их всего около десятка в мире.

Допустим, если «Укртелеком» купит отечественный инвестор и после этого предложит вам продать «Датагруп»? Согласитесь?

Скажем так: то, что это произойдет — маловероятно, не хватит ресурсов. Но в конечном счете — деньги не пахнут.  

Во сколько вы оцениваете «Датагруп»?

Хорошо оцениваю (смеется). Оценка еще не дошла до кризисной, но мы занимаемся тем, чтобы достичь желаемого уровня.

Есть интересные предложения на сегодняшний день?

Реальные переговоры еще не ведутся, только стартовала двухлетка развития. С другой стороны, если придет кто-то с «мешком денег», который нас устроит по размеру, то сделка может произойти и раньше. Но по текущему плану это должно произойти в течение 3-5 лет. 

До кризиса «Инком» оценивали в $98 млн.

Вы рассматривали варианты привлечения инвесторов в «Инком»?

Глобально нет. Возможно сотрудничество в рамках отдельного бизнес-направления. Но продавать «Инком» в целом я не хочу. Слишком велика моя ответственность перед теми людьми, которые здесь работают. В целом приход иностранных инвесторов — это хороший знак для отрасли. Жаль, что сейчас тенденция прямо противоположная — инвесторы уходят из Украины, в том числе из IT. Причем не так страшно, когда уходит финансовый инвестор — тогда это просто сделка купли-продажи. Хуже, когда речь идет о промышленном инвесторе, ведь вместе с ним из страны уходят специалисты, технологии, наработки. Не говоря уже о том, что сама компания теряет и имидж, и позиции на рынке.

Во сколько вы оцениваете «Инком»?

По-разному. Можно оценить пессимистично и оптимистично — например, в $100 млн. Самая лучшая сделка там, где обе стороны считают, что обманули друг друга. Если по «Датагруп» мы достаточно четко понимаем стоимость компании и что на нее влияет, то с «Инком» несколько сложнее. До кризиса, кстати, «Инком» оценивали в $98 млн. 

Почему вы не хотите говорить о стоимости «Датагруп»?

Потому что стоимость «Датагруп» — это предмет для торга. Инвесторы на тот момент оценили миноритарный пакет в $40 млн. Вот и вычисляйте (если учесть, что был продан 30%-ный пакет акций, то вся компания была оценена не менее чем $130 млн. — Ред.). Я не имею права раскрывать такие цифры, есть другие акционеры. Не потому, что не хочу, а потому, что за разглашение информации по договору меня могут ожидать штрафные санкции.

Вы сказали, что на привлеченные инвестиции были приобретены семь региональных игроков. Есть ли в планах другие покупки?

Есть, безусловно. Но сейчас надо «переварить» то, что есть, перегруппироваться, скопить капитал.

С какой рентабельностью работает «Датагруп» сегодня?

Телекоммуникационный бизнес один из самых сложных. Ты должен потратить деньги уже сегодня, а получишь завтра доходы или нет, еще никто не знает. Очень большие инвестиции идут на развертывание сети, и есть много людей, которые хотят на этом заработать. 

Такой актив, как «Укртелеком», вам может быть интересен?

У меня денег не хватит. Точнее, у меня денег не хватило. Зачем мечтать о том, что в текущей ситуации сделать невозможно?

В России государство активно участвует в развитии IT-отрасли, в создании Силиконовой долины. У нас государство вносит какую-то лепту в развитие отрасли?

В нашей стране до сих пор это либо мода, либо популизм, либо попытка перераспределения денег. Ни разу во главе проектов по созданию стратегий информатизации не стоял человек, понимающий хоть что-либо в IT. Что касается России… Давайте посмотрим на результат через десять лет и тогда скажем, хорошо это было или плохо. Я не буду утверждать ни первого, ни второго. 

Ваша компания или вы, в частности, какие-то инициативы государству пытались донести?

Естественно, и будем пытаться. По крайне мере это ведет к увеличению нашего опыта: учимся правильно работать с этим сегментом и формулировать задачи. Мы движемся к разработке законов, которые нужны для страны в целом. Сейчас на IT-рынке обсуждается вопрос донесения до правительства того, что информационные технологии — это отрасль, которая очень важна для страны, что она ничем не отличается от металлургии и других, что в ней работает значительная часть интеллектуальной элиты нашего государства. IT может развиваться при определенных условиях, и если они ухудшаются, специалисты уезжают туда, где климат лучше. 

Сегодня некоторые украинские компании открыли офисы в Силиконовой долине. Вы не думали об этом?

Это не более чем PR. Для того чтобы выполнять отдельные проекты за рубежом, не надо иметь офис в долине. Ведь там находятся не покупатели, а только продавцы. В таком случае открытие офиса в Силиконовой долине напоминает старый анекдот о еврее, который хотел начать бизнес в Израиле (смеется).


Александру Кардакову 46 лет. В 1990 году вместе с партнерами учредил компанию «Информационные компьютерные системы» (ICS), где занял должность технического директора. С 1996 года — директор ICS. С 2002-го — президент компаний «Инком» и «Датагруп». С февраля 2009 года — председатель наблюдательного совета «Октава Капитал»