Чего ждать от украинского фондового рынка

Алексей, государственный служащий, впервые познакомился с фондовым рынком, как и многие другие, в метро. «Представьте себе столичное утро в подземке: толпа народу, духота, даже читать невозможно, - вспоминает он. - И тут ты видишь рекламу с риторическим вопросом «Хочешь жить лучше?». Конечно, я хотел вырваться из этих серых будней». Интернет-трейдинг не требовал больших денежных затрат, и после обучающего семинара он стал немного больше времени проводить за компьютером, наблюдая за движением рынка. Быстрорастущий рынок позволял начинающему трейдеру зарабатывать себе еще одну зарплату. Его мало интересовали фундаментальные показатели рынка, да и вникать в сложности технического анализа он не стремился. Главной своей стратегией он определил «скальпирование настроений участников рынка в Украине и в мире». В числе многих других трейдеров, не видевших ранее резких разворотов рынка, он поддался начавшейся панике, закрыв свои позиции.

Теперь Алексей сравнивает попытки заработать на фондовом рынке с игрой в рулетку, и относится к данному бизнесу так же, как азартные игроки к казино. Он ждет подходящего случая, чтобы вернуться на рынок, читая при этом статьи о состоянии европейских банков и нарастающем корейском конфликте.

Анатомия азарта

Таких как Алексей сегодня многие обвиняют в том, что они поддались панике, обвалив украинский рынок акций и сформировав для него репутацию «рынка с сумасшедшей волатильностью». «Распродажи на рынке были спровоцированы исключительно локальными игроками в лице 21 брокера, предоставляющих услуги интернет-трейдинга. По моим оценкам, на сегодняшний момент они занимают 90% рынка ценных бумаг. Большинство среди них – новички на бирже. Один за другим они спровоцировали цепную реакцию на рынке», – называет причину паники на рынке генеральный директор BG Capital Ник Пиацца. Его коллега, управляющий директор Dragon Capital Томаш Фиала, также видит в качестве детонатора резкого падения рынков панические настроения частных инвесторов – но не украинских, а западных. «Распродажу украинских активов были вынуждены начать крупные зарубежные фонды с открытой структурой, которая предоставляет их вкладчикам право потребовать возврата денег в кратчайшие сроки. В течение апреля участники рынка напряженно ожидали, когда и как разрешится ситуация с долговыми проблемами Греции. Решение этого вопроса затянулось, и в конце месяца возникли опасения, что с похожими проблемами столкнутся другие страны еврозоны, что в свою очередь окажет негативное влияние на мировую экономику в целом и может запустить вторую волну кризиса. Инвесторы предпочли переждать эту неопределенность «в деньгах», что спровоцировало резкий отток средств из открытых фондов. Одномоментный выход продавцов с такими объемами на украинский рынок оказал существенное негативное влияние на стоимость ценных бумаг. Местные инвесторы давно ожидали сигнала о начале коррекции на украинском рынке и поспешили зафиксировать прибыли прошлых месяцев. Таким образом, предложение еще больше увеличилось, и индексы стали снижаться рекордными темпами, пробивая один уровень поддержки за другим», – озвучивает свою версию глава Dragon Capital.

Украинский рынок «ждал» коррекции, но никто не предполагал насколько глубокой она окажется. По итогам первых четырех месяцев стремительный весенний отскок нашего фондового рынка составил почти 80%, что вывело украинские биржевые индексы в мировые лидеры по темпам роста в текущем году. В это же время индикаторы ведущих мировых рынков (как развитых, так и крупнейших развивающихся) выглядели гораздо скромнее: их рост с начала года не превышал 12%.

Украинскому фондовому рынку слишком долго удавалось игнорировать плохие экономические данные, и любая волатильность на мировых фондовых рынках привела к падению индексов. За месяц — c 27 апреля по 25 мая — рынок акций потерял чуть более 40%, тогда как основные зарубежные биржевые индексы снизились на 10-20%. «Украинский рынок традиционно отличается высокой волатильностью по сравнению с большинством стран региона, в первую очередь из-за своей низкой ликвидности. Это приводит к тому, что стоимость ценных бумаг увеличивается быстрее на стадии подъема, когда на рынок заходят крупные покупатели, и снижается быстрее на спаде, когда инвесторы массово стремятся выйти «в кэш», – говорит Томаш Фиала. «Инфраструктурно наш рынок не сильно отличается от состояния годичной давности, – вторит ему генеральный директор ИК Concorde Capital Игорь Мазепа. – Особенно по ликвидности. Если посмотреть, то все наше падение на 40% происходило без какого-то существенного оборота. Что же произошло? Просто ушли покупатели, а это повлекло за собой панику. Например, в это же время российские индексы упали на 10%, западные тоже упали на 10% на существенных объемах. И если бы у нас была ликвидность, то такого стремительного падения не произошло бы. Как только мы начинаем говорить языком цифр, конечно, такой темп падения выглядит ужасающе, и в какой-то момент это действительно подхлестнуло реальных продавцов продавать — даже по любым ценам. Другими словами, произошло все по стандартной схеме: продажи шли на фоне паники. Очевидно, что внутренних украинских причин для возникновения такой ситуации не было никаких, только 100%-ная корреляция с западными рынками».