Водная гегемония

Международное обсуждение роста экономики Китая сосредоточено на его увеличивающейся торговой мощи, растущих морских амбициях и росте возможностей переброски вооруженных сил. Однако одна важнейшая проблема обычно ускользает от внимания — увеличение роли Поднебесной как водной гегемонии, не имеющее параллелей в современной истории.

Ни одной стране прежде не удавалось получить такое неоспоримое превосходство на континенте посредством контроля верховьев множества международных рек и манипулирования их потоками. Китай, крупнейший в мире строитель плотин (обладающий немногим более половины из приблизительно 50 тыс. крупных плотин на планете), стремительно усиливает влияние на своих соседей, реализуя масштабные гидроинженерные проекты на международных реках.

Водная карта Азии в корне изменилась после победы коммунистов в Китае в 1949 году. Большинство ключевых международных рек Азии берут свое начало на территориях, насильно присоединенных к КНР. Тибетское плато, например, является крупнейшим в мире хранилищем питьевой воды и источником крупнейших рек Азии, в том числе рек, являющихся «артериями» материкового Китая, а также Южной и Юго-Восточной Азии. Другие подобные китайские территории содержат верховья таких рек, как Иртыш, Или и Амур, текущих в Россию и Центральную Азию. Это делает Поднебесную источником потоков международных рек в большое число стран мира. Однако КНР отвергает сам принцип деления водными ресурсами и официальное сотрудничество со странами, расположенными ниже по течению.

В то время как страны Юго-Восточной и Южной Азии, являющиеся совладельцами пограничных рек, связаны друг с другом водными договорами, которые они заключили добровольно, у Китая нет ни единого договора о водных ресурсах ни с одной из стран-совладельцев пограничных рек. Вообще, имея свой пирог, Китай является партнером в диалоге, но не является членом Комиссии по реке Меконг, что подчеркивает его намерение не следовать правилам стран бассейна Меконга или принимать на себя какие-либо юридические обязательства.

Хуже того, развивая принцип многосторонних отношений на мировой арене, КНР проявляет безразличие к многостороннему сотрудничеству между государствами бассейна данной реки. Страны нижнего течения Меконга рассматривают стратегию Поднебесной как попытку «разделять и властвовать».

Хотя публично Китай и выказывает поддержку двусторонним инициативам по многосторонним учреждениям, занимающимся водными ресурсами, он не проявил никакого реального энтузиазма в совершении значимых двусторонних действий. В результате вода все очевиднее становится новой политической проблемой в отношениях страны с ее соседями (Индия, Россия, Казахстан и Непал).

Вообще, перенеся свое лихорадочное строительство плотин с внутренних рек на международные, Китай теперь находится в конфликте по поводу водных ресурсов почти со всеми странами-совладелицами пограничных рек. Эти конфликты непременно будут усугубляться, учитывая новую программу КНР по возведению мегаплотин, лучше всего иллюстрируемую недавним новым проектом на реке Меконг — плотиной Сяовань мощностью 4200 МВт, по сравнению с которой парижская Эйфелева башня — сущий карлик, и проектом плотины мощностью 38 тыс. МВт на реке Брахмапутра в провинции Метог, вблизи от спорной границы с Индией. Плотина Метог станет в два раза больше плотины «Три ущелья» мощностью 18,3 тыс. МВт, в настоящее время являющейся крупнейшей плотиной в мире, строительство которой привело к переселению не менее 1,7 млн. китайцев.

Кроме того, Китай объявил о площадке для еще одной мегаплотины на реке Брахмапутра в провинции Дадиква, которая, как и плотина Метог, должна будет использовать силу воды реки, падающей с высоты более чем 3000 метров в том месте, где она делает резкий поворот на юг от хребта Гималаи в Индию, образуя самый длинный и отвесный каньон в мире. Каньон Брахмапутра, который вдвое глубже Большого каньона в США, содержит крупнейшие в Азии нетронутые водные резервы.

Страны, которые, вероятно, примут на себя главный удар подобного масштабного отклонения вод, это страны, расположенные дальше всего вниз по течению таких рек, как Брахмапутра и Меконг, а именно — Бангладеш, само будущее которого находится под угрозой из-за изменения климата и окружающей среды, и Вьетнам — «рисовая чаша» Азии. Присвоение Китаем вод реки Или угрожает превратить казахстанское озеро Балхаш в очередное Аральское море, уменьшившееся более чем вдвое от первоначального размера.

Как и в случае своих территориальных и морских конфликтов с Индией, Вьетнамом, Японией и другими странами, Поднебесная стремится нарушить существующее положение касательно потоков международных рек. Попытки убедить страну приостановить дальнейшее одностороннее присвоение общих вод стало, таким образом, одним из важнейших условий обеспечения мира и стабильности в Азии. В противном случае Китай, вероятно, станет хозяином водных кранов Азии, получив, тем самым, огромное влияние на поведение своих соседей.