Варвары у ворот ЕС?

Еврозона столкнулась с фундаментальным кризисом. Европейский Совет министров был вынужден пообещать сотни миллиардов евро странам ЕС, которые находятся в тяжелом финансовом положении, хотя европейская экономика в целом не находится в кризисе. Наоборот, большинство  признаков указывает на значительный подъем. И только одна страна действительно имеет серьезные неприятности — это Греция, которая обеспечивает 3% ВВП ЕC.

Тем не менее кризис для ЕC является проблемой, решение которой жизненно важно для его существования. И этот кризис потребовал вложения значительных сумм, поскольку затрагивает основополагающие принципы европейского управления: природу государства. Случай с Грецией поднял простой, но глубокий вопрос: можно ли разрешить государству ЕС потерпеть неудачу?

По мнению одних, государство неприкосновенно. ЕС должен вмешиваться и помогать сбившимся с пути странам встать на ноги. Но эта точка зрения подразумевает, что все государства твердо придерживаются базовых экономических ценностей ЕС – финансового благоразумия и рыночных реформ. Проблемы могут возникнуть только из-за неожиданных потрясений, временных местных политических трудностей и вечно виноватых нерациональных рынков. Что касается Греции, эта точка зрения подразумевает, что финансовый кризис в стране возник из-за чрезмерной реакции мировых финансовых рынков на локальные политические трудности (неумеренная трата средств греческим правительством перед выборами прошлого года). Более того, это подразумевает, что кризис находится под полным европейским контролем, а европейские власти детально разработали всесторонний план, который решит все проблемы Греции. Отсюда официальный (назовем его «южным») девиз: «План МВФ и ЕС будет иметь успех. Крах – не альтернатива».

Альтернативная точка зрения более прагматична. Исходным условием «северной» точки зрения является то, что государства остаются суверенными единицами и могут не применять необходимую программу экономического регулирования. Эта точка зрения воплощена в предложении «никакой помощи» в документах по образованию евро, что означает, что каждая страна ответственна за свой госдолг. В этом случае крах становится альтернативой, если имеющая к нему отношение страна нарушает базовые принципы обращения единой валюты.
Финансовые рынки не принимают участия в дебатах. Но у них в этой игре многое поставлено на кон. Любой держатель греческого долга, особенно долгосрочного, должен просчитать вероятность того, что греческая политсистема докажет свою прочность при прохождении через реформы, необходимые для полного и своевременного обслуживания своего долга.

Коллективное суждение финансовых рынков по экономической политике и политическим вопросам любого правительства выражается в премии за риск, которую правительство должно платить по внешним долгам. Сомнения в финансовых рисках ведут к более высокой премии за риск, что еще больше затрудняет финансирование правительства, уже испытывающего финансовые проблемы. Финансовые рынки часто неправы в своих суждениях, но проблемы являются фактами жизни, которые нельзя устранить, просто пожелав этого.

Можно возразить, что отличие между «южной» и «северной» точками зрения – чисто теоретическое, потому что провал не является альтернативой. Особенно если это гибельно отразится на мировых финансовых рынках. Но Европейский Совет также создал специальную комиссию под руководством президента Германа Ван Ромпея, чтобы детально разработать конкретные предложения для реформирования Валютного союза.

Выбор простой: следует ли направлять усилия сугубо на предотвращение краха или надо готовиться к краху государства-члена ЕС, чтобы снизить негативный эффект последствий. Первый выбор предполагает детально проработанные меры, направленные на выполнение «все того же»: усиление Пакта о стабильности и экономическом росте, например, обеспечение наблюдения и сотрудничества в сфере экономической политики. Но этот подход не дает ответа на фундаментальный вопрос: что если структура не работает? Пока лидеры ЕС не смогут ответить на этот вопрос, на финансовых рынках будут продолжать накапливаться сомнения по поводу долгосрочной стабильности евро.

Еврозона не сможет существовать в политическом и экономическом плане без прочной структуры для решения кризиса и без способности справиться с суверенным дефолтом отдельного государства-члена. Точка зрения, что этим государствам нельзя позволять потерпеть неудачу, логически подразумевает, что политический или хотя бы экономический союз должен поддержать евро.

Это выбор, перед которым сейчас стоят европейские лидеры: радикальный шаг в направлении интеграции политики и линии поведения или четкая структура для решения последствий ожидаемого краха государства-члена путем создания основополагающих правил Валютного союза. И никакое количество денег не позволит европейским лидерам жульничать в этом вопросе.